Новые свидетельства об истории Нямецкой лавры в XIX столетии и происходящих из нее последователях прп. Паисия (Величковского)

Жгун П. Б.

Manastirea_Neamt.jpg

Статья независимого исследователя Петра Борисовича Жгуна посвящена изучению литературной и общественной деятельности учеников преподобного Паисия (Величковского), также рассматривается история Нямецкой лавры в середине XIX века и зависимых от нее обителей.


Настоящая публикация продолжает серию статей, посвященных изучению литературной деятельности учеников прп. Паисия и публикации некоторых их самостоятельных произведений.

Св. Паисий (Величковский) был достаточно образованным человеком для своего времени, и в его общине были собраны думающие люди, многие из которых были грамотны и, как мы показывали в предыдущих статьях, создавали свои оригинальные произведения. Эта тенденция продолжилась и после его кончины. В статье мы рассмотрим нескольких выдающихся последователей св. Паисия и их произведения, созданные в течение XIX столетия.

Нямецкая лавра с принадлежащими ей Секульским монастырем св. Иоанна Предтечи, а также восемью скитами была и после смерти преподобного полна монашествующих различных национальностей. Несмотря на то что в начале века и позже огромное число монахов, в основном российского происхождения, переселилось в Российскую империю и славянское влияние значительно уменьшилось, это не сильно повлияло на многочисленность насельников: по переписи 1837 г. их было 700 человек[1].

В монастыре по-прежнему переводились святоотеческие труды на румынский язык, на церковнославянском же был окончен перевод объемных «Вопросоответов» прп. Варсонуфия и Иоанна, выполненный архимандритом Дорофеем совместно со св. Паисием. Вскоре, при митрополите Вениамине (Костаки), ее бывшем насельнике, заработает типография, положившая начало новому этапу просветительской деятельности Нямецкой лавры.

Рассмотрим сочинение «Видение схимонаха Феодосия из Нямецкого монастыря», в котором показывается упадок монашеской жизни в ближайшие после кончины прп. Паисия годы. Сочинение было написано иеросхимонахом Андроником (Поповичем-Баденским), о деятельности которого речь пойдет ниже. Это повествование стало впоследствии известным по нескольким спискам[2]. В этом видении подвижнику явился сам сатана, который сказал ему, что духовная жизнь после смерти преподобного Паисия пришла в упадок. И это случилось будто бы по причине того, что в монастырь для жительства были допущены дети, часто обитель посещали женщины. Также было разрешено, или существенно увеличилось, употребление вина. Однако все это в большей или меньшей степени было присуще Нямецкой лавре, главному и поклонному монастырю страны, и прежде, о чем сам прп. Паисий писал при переходе своего братства из Секула в Нямец и объединении обителей в 1779 г. Он не желал этого перехода и пытался избежать его, но был вынужден, в том числе по советам убедивших его собратьев[3].

Но так ли все плохо было на самом деле? За 15 лет настоятельства прп. Паисий сумел наладить духовную жизнь и вполне согласовать ее с хозяйственной деятельностью крупной обители. Монастырь не переставал принимать большое количество паломников и оказывать помощь нуждающимся при невзгодах, происходивших от столкновений с Турцией. Нямецкая лавра с подчиненными ей обителями оставалась ведущей по своей значимости обителью в XIX веке. Наследие прп. Паисия в это время почитается и широко разносится по монастырям государства. Несмотря на то что многие монашествующие российского происхождения после указа 1801 г. вернулись[4] из Румынии в Российскую империю, в течение всего века они продолжали, хотя и в меньшем количестве, путешествовать через Румынию в Святую землю и другие значимые православные локации, а также жили в румынских обителях, где были благосклонны к лицам славянского происхождения. Особенно это заметно до 60-х годов XIX века, когда румынское государство секуляризовалось и пошло по национальному пути развития. В это время на территории Российской империи на землях, принадлежавших Нямецкому монастырю, возникает новая обитель, называемая Ново-Нямецкой, в которой поселяются иноки в основном славянского происхождения из Нямецкой лавры, желающие подвизаться по заветам прп. Паисия и иметь богослужение на церковнославянском языке[5]. Например, в первой половине XIX столетия жил в Нямецком монастыре и имел тесное общение с паисиевскими учениками известный российский подвижник и путешественник схимонах Парфений (Агеев).

Итак, в рамках поставленного вопроса представляется интересным рассмотреть обширный Устав Нямца и Секула, вышедший в 1843 г. на румынском языке и известный в переводе на русский в единственной рукописи[6]. Это произведение имеет основой паисиевский устав, известный нам в двух редакциях[7]. Однако он существенно расширен и охватывает широкий спектр монастырской деятельности, так что может быть интересен и для устроения современного монашества.

Из предисловия Устава видно, что он основывается на правилах св. Паисия (Величковского) и уставе Святой горы Афон. При управлении обителями, согласно со св. Паисием, подчеркивается роль духовников в поддержании дисциплины братий и контроле, в том числе, за экономической деятельностью, что действительно отмечалось отчасти еще в письме св. Паисия перед принятием настоятельства в Нямце и объединением с Секульским монастырем[8]. Упомянуто в предисловии и об участии в составлении настоящего Устава митр. Вениамина (Костаки)[9]. В настоящей статье мы отметим лишь значительные добавления и изменения по сравнению с упомянутыми уставами прп. Паисия.

В основном корпусе данных правил сразу видим, что в монастырь могут быть приняты лишь те, кто имеет письменное разрешение, не состоит под данью, в войске или под судом. Далее следует стандартный текст о монашеских обетах, соответствующий уставам ст. Паисия, причем подтверждено, что Старец[10] обители по-прежнему может быть избран лишь из братий. Отдельно указана необходимость избегать возможности подкупа или другого давления светских властей в деле избрания Старца. Кстати заметим, особенно ввиду будущей секуляризации и гонения на все славянское в Румынском объединенном княжестве во второй половине XIX века, что рассматриваемый Устав подтверждает многонациональный характер братства, перечисляя народы «молдаван, россиян, романов, греков, сербов и других»[11]. Важным отличием видится, что, в отличие от уставов прп. Паисия, там подробно прописаны штрафные санкции в отношении провинившихся, как то: покаяние и молитвенный канон, отсылка в скиты на работы и даже в крайнем случае удаление от собора. Последнее, правда, рекомендовал и святой отец в отношении нераскаянных нарушителей.

Далее идет отдел «экономический», которого мы не встречаем в паисиевском уставе. Назначается старший эконом-управитель, старший казначей, причем очевидно, что они должны иметь в силу количества братий помощников, а также письмоводитель. Им подчиняются начальники скитов и экономы скитов, метохов и подворий монастыря. Для участия в светских имущественных тяжбах должен быть поверенный от монастыря, но обязательно светский опытный человек. Представляется важным отметить, что если кто-то, выполняя послушания, ошибается сознательно или несознательно в делах, относящихся к экономике, Старец не имеет права его простить сам, но обязан доложить собору братий. Однако окончательные решения по экономическим вопросам принимает именно Старец. Никто из монахов не может лично для себя действовать своим капиталом, заключать договоры с братией и брать в аренду в своих интересах монастырское имущество. Всем подведомственным монастырям и Старцу запрещено продавать какие-либо имения, или здания, или крепостных крестьян обители. Подробно расписано, как составлять годовой экономический отчет, с которым комиссию из духовников отправляют к правящему митрополиту, который и проводит ревизию. Старец лично следит и за деятельностью монастырской типографии. А вот про скрипторий, отдельно от архива, ничего не сказано. Видимо, все нужды удовлетворяются к этому времени изданием книг в первую очередь для нужд монастыря. Интересно и то, что признается необходимой школа для монашествующих с преподаванием грамоты по-молдавски и по-русски, в которой после курса занятий Старец принимает экзамен.

Подобный порядок просуществовал в монастыре до секуляризации 50-х годов XIX века, о которой еще будет сказано ниже.

Нямецкий монастырь, находясь за пределами Российской империи, продолжал и в XIX веке поддерживать отношения с последней, ведь царское правительство помогало многим иностранным монастырям. В этом отношении представляется любопытной духовная карьера архимандрита Нафанаила (Бузня), имевшего своим наставником старца Платона, писца ряда рукописей и систематизатора наследия прп. Паисия. Нафанаил русскоязычный, прибыл из Российской империи в Нямецкий монастырь в 1803 году. В 1809 г. пострижен в монашество при архим. Иоанне. О деятельности архим. Нафанаила в Нямецком и Секульском братстве нам повествуют некоторые источники. Он занимался литературными трудами, знал румынский язык, переводил с него на церковнославянский[12].

Известны четыре рукописи, написанные архим. Нафанаилом на церковнославянском в разные периоды времени. Самая ранняя, 1823 г. представляет собой «Чин освящения церкви»[13], она же скопирована в 1837 г.[14] После 1827 г. совместно со схим. Платоном Нафанаил переписал житие прп. Паисия (Величковского), составленное о. Платоном[15]. А в 1846 г.[16] иером. Нафанаил написал переведенный им с молдавского языка «Акафист св. Иоанну Сочавскому» и прибавил молитву святому собственного сочинения[17]. Интересна и запись писца на последнем листе рукописи: «По взятии турками Цареграда, первый бывшый святейший патриарх Константинополский Тарасий (зачеркнуто) Геннадий, со истязанием и тщанием, прочте всех святых и божественных отец святая писания, то точию во триех сих святых святителей, не обрете нечто от человеческаго: у Василиа Великаго, Григория Богослова и Иоанна Златоустаго. В прочих же всех обрете. Тем же и сей сего акафиста написатель, аще что и яко человек положи, не дивитеся сему, и простите молимся. Не отверже бо Господь даров оныя евангелския вдовицы, и разбойничыя молитвы. Прочее простите мя окаяннаго Н(афанаила) Д(уховника) и екклисиарха. Писал в Нямецком монастыре 1846»[18].

С 1839 г. Нафанаил — духовник Нямецкой лавры, после этого он несколько раз ездил в Российскую империю, в Киев, для приобретения святого мира в сопровождении нескольких монахов обители. Впервые это происходит в 1842 г.[19] Через пять лет он снова отправляется тем же маршрутом и с той же целью[20]. В 1850 г. опять возникает необходимость получения мира[21], но вопрос решается довольно долго, и лишь в 1853 г. делегация из Нямецкого монастыря, без Нафанаила, попадает в Киев[22], а последний, будучи уже в возрасте 76 лет, избран настоятелем братства. Он управляет Нямцом и Секулом два года. 21 февраля 1855 г., в неспокойное для румынских монастырей время, Нафанаил был уволен с помощью гражданских властей[23] по причине, о которой будет упомянуто ниже.

Подобной разносторонней деятельностью архим. Нафанаил оставил о себе добрую память в братстве. За время его поездок в Российскую империю было приобретено несколько ценных священных предметов для Нямецкого монастыря: потир с сосудами, красиво окованное Евангелие и оклад для иконы Пресвятой Богородицы.

Еще один известный деятель обители — бытописатель монастыря архимандрит Августин (Брага), выходец из семьи священника. Он родился в 1815 г., в 1837-м пришел в монастырь и в следующем году стал монахом. В 1840 г. рукоположен в иеродиакона, а в 1849 г. — в иеромонаха. В 1855 г. стал настоятелем монастыря Секул. Примерно с этого времени архим. Августин собирает и исследует вместе с настоятелем Нямца, архим. Дионисием, древние рукописи библиотеки и архивные материалы по истории обителей. В начале 70-х годов XIX века он составил «Историю о древности Молдавских монастырей Нямца и Секула из Румании», которую вскоре перевел и на русский язык. Список на русском языке 1873 г. хранится в Санкт-Петербурге, в Библиотеке Академии наук, в коллекции А. И. Яцимирского[24]. Эта история касается и времени управления обителями прп. Паисием. Архим. Августин — первый из исследователей, указавший на конкретные труды по переводу святоотеческих творений учеников св. Паисия как славянского, так и румынского происхождения[25]. Также он описывает несколько малоизвестных чудес, явленных преподобным Паисием после своей кончины[26]. Любопытно, что архим. Августин транслирует устойчивое и в румынской среде мнение, что прп. Паисий перевел греческую «Филокалию» и передал свой труд для печати в Санкт-Петербург. Отметим, что в настоящее время вопрос соотношения переводческой деятельности Паисия (Величковского) и создателей «Филокалии» решен окончательно[27]. Интересно и подтверждение тому, что братия обители и во второй половине XIX века была велика: «Наконец, нужно присоединить и сие сведение, что при отобрании имений в 1859-м году […] было в Нямецком монастыре и Секуле, так же в скитах оных и именно: Вовиденском, Покровском, в Сихле и Сихастрии 1000 монахов с послушниками»[28]. В настоящее время «История» готовится к печати на русском языке.

Далее, в середине века, Валахия и Молдавия объединяются в единое государство — Объединенное княжество Валахии и Молдавии. Приходит время для решения вопроса о секуляризации монастырской собственности. Государство способствует сокращению славянского влияния в монастырях, 2 июля 1859 г. правительственная комиссия появилась в Нямецкой лавре. Ее члены конфисковали монастырскую казну, опечатали канцелярию, архив и библиотеку. Братии был зачитан декрет Кузы, в котором помимо объявления о секуляризации содержалось требование прекратить совершение богослужений на церковнославянском языке и отменить празднование памяти русских святых, что входило в прямое противоречие с уставом прп. Паисия[29]. Руководство монастыря в лице игумена Герасима (Мирона), управляющего после архим. Нафанаила, вместе с правящим митр. Софронием (Миклеску) пыталось протестовать, но безуспешно. Архим. Нафанаил был отстранен от управления обителью. «Тогда 10 января 1860 г. митрополит обратился к уполномоченному монастырскими имуществами в Бессарабии иеромонаху Феофану и попросил выступить посредником перед русским правительством в ходатайстве о защите прав монастырей вообще и Нямецкого монастыря в частности»[30]. В итоге во второй половине века часть монахов Нямца мигрировала на Афон, часть — в Бессарабскую губернию Российской империи, на земли Нямецкой обители, в села Копанка и Кицканы, пожалованные монастырю господарем Петру IV Рарешем в 1527 г.[31] 1 окт. 1861 г. 32 нямецких насельника вместе с духовником, иером. Андроником (Поповичем-Баденским), поселились в поместье Нямцены Кишиневского уезда[32]. Вскоре там будет учрежден Ново-Нямецкий Вознесенский монастырь.

Упомянутый Андроник (1820–1893) — выдающийся ученый монах данного периода и самый производительный писец и сочинитель. Он оставил огромное литературное наследие как на румынском, так и на русском языке. Известная исследовательница В. Пелин, работавшая в Кишиневском историческом архиве, описала более 40 объемных рукописей, составленных или переписанных иером. Андроником[33].

В 1831 г. в юном возрасте в будущий архимандрит Андроник попадает в Нямецкий монастырь, а в 1839-м, в возрасте 19 лет, принимает постриг. Все говорит о его любви к чтению и переписке книг: он знакомится с монастырской библиотекой, устроенной митр. Вениамином (Костаки) и со временем становится ее заведующим[34]. Стремясь к систематизации усвоенного материала, Андроник создал подробнейшую «Историю Нямца и Секула», выдержавшую несколько изданий[35]. История переписана и отредактирована автором в нескольких вариантах, которые частично переведены им на русский язык[36]. Также он переписал все сочинения св. Паисия (Величковского) отдельно на румынском и на славянском языках, переведя некоторые из последних на родной язык. Еще он написал объемный труд «Начало христианства и иерархии в Молдове»[37] и оставил описания двух своих паломничеств в Иерусалим и на Святую гору[38].

Разумеется, его стараниями создана и библиотека новой обители. Основав Ново-Нямецкий монастырь, Андроник поучаствовал в составлении устава, используя предыдущие, известные ему чиноположения, в том числе упоминаемый выше устав 1843 года[39]. Из этого следовало, что новоучрежденная обитель продолжает традицию паисиевского братства. И до сегодняшнего времени в этой обители совершается богослужение на двух языках.


Список сокращений

РГБ – Российская Государственная Библиотека, Россия

БАН – Библиотека Российской Академии Наук, Россия

НАРМ – Национальный Архив Молдовы

БАНР – Библиотека Академии Наук Румынии

БМН – Библиотека монастыря Нямц, Румыния


hr.svg.png


Примечания


[1] Paul Mihail, Obștea mănăstirilor Neamţ și Secu în anul 1837, în cartea Românii în reînnoirea isihastă. Trinitas, Iași, 1997, p. 149-159.

[2] См.: Видение схимонаха Феодосия из Нямецкого монастыря. НАРМ, 2119.3.65. л. 1–5.

[3] Полемические произведения, поучения, письма. Сост. П. Б. Жгун, М. А. Жгун; Общ. ред. О. А. Родионова. М., 2007. с. 31-48, Преподобный Паисий Величковский. Житие и избранные творения. Серпухов. НПВ, 2014 с. 308-328.

[4] РГИА ф. 796 оп. 82 д. 24. 1801 г. л. 1, 2.

[5] См. История Ново-Нямецкого Свято-Вознесенского монастыря. Митр. Гурий (Гроссу), Кишинев, 1911.

[6] НАРМ 2219.2.32, л. 54 об.-73.

[7] См. об Уставах 1763 и 1778 гг. в Четвериков С. Молдавский старец Паисий Величковский. Его жизнь, учение и влияние на православное монашество. Печеры, 1938. с. 110-117 и 262-263.

[8] См. Письмо св. Паисия в РИ к монахам Афанасию, Амвросию и Феофану: Полемические произведения, поучения, письма. Сост. П. Б. Жгун, М. А. Жгун; Общ. ред. О. А. Родионова. М., 2007. с. 31-48, Преподобный Паисий Величковский. Житие и избранные творения. Серпухов. НПВ, 2014 с. 308-328.

[9] Ученик св. Паисия, в начале XIX века систематизировал рукописное наследие старца Паисия, открыл в Нямецком монастыре типографию в 1807 году, переводчик с древнегреческого на румынский язык.

[10] В Молдо-Влахийских монастырях наименование настоятеля.

[11] См. НАРМ 2219.2.32, л. 61 об.

[12] Паюл Иван. Славянские ученики преподобного Паисия XVII – начала XIX веков. Диссертация на соискание ученой степени кандидата богословия. Сергиев Посад 2001, с. 101-102.

[13] Каталог славянских рукописей монастыря Нямц / составитель Жгун П.Б. Серпухов, 2017. с. 324.

[14] БМН, 184. Чин освящения церкви. Писец — иеродиакон Нафанаил. На последнем припереплетном листе задней крышки переплета запись: «Переведена с молдавскаго на русский язык иеромонахом диаконом Нафанаилом екклисиархом Нямецкого монастыря 1823 года, а переписана 1837 года».

[15] БАНР 554.

[16] Каталог славянских рукописей монастыря Нямц / составитель Жгун П.Б. Серпухов, 2017. с. 15-16.

[17] БМН, 188. л. 1-16 об. Акафист св. Иоанну Сочавскому. Писец — иеромонах Нафанаил.

[18] Каталог славянских рукописей монастыря Нямц / составитель Жгун П.Б. Серпухов, 2017. с. 15.

[19] РГИА 796.123.1343, 1842 г. «По предложению графа Протасова о разрешении духовнику собора Нямецкого монастыря в Молдавии, Нафанаилу приехать в Киев, за получением священного мира».

[20] РГИА 796.128.1548, 1847 г. «По предложению обер-прокурора Святейшего Синода, о дозволении духовнику Нямецкого монастыря (в Молдавии) Нафанаилу отправиться в Киев, для получения священного мира».

[21] РГИА 796.131.373, 1850 г. «О пропуске иеромонахов Нямецкого монастыря (в Молдавии) Нафанаила и Кирияка за св. миром».

[22] РГИА 796.134.336, 1853 г. «О пропуске монахов Нямецкого монастыря за св. миром».

[23] См. История Ново-Нямецкого Свято-Вознесенского монастыря. Митр. Гурий (Гроссу), Кишинев, 1911. с. 47.

[24] См. БАН 13.1.8.

[25] Там же. л. 30-31.

[26] Там же. л. 33-34.

[27] См. Пентковский А. М. Венецианская Φιλοκαλία в переводческой деятельности Паисия Величковского // Вестник Свято-Филаретовского института. 2024. Т. 16. Вып. 2 (50). С. 151-206.

[28] БАН 13.1.8. л. 56.

[29] ПЭ т. 52, с. 187.

[30] Христианское чтение № 2–3, 2014. Ерундов Н. А.Секуляризация монастырской собственности в объединенном княжестве Валахии и Молдавии при князе Александре Кузе (1859-1866), с. 68.

[31] ПЭ т. 52, с. 188.

[32] ПЭ т. 51, с. 661.

[33] См. Catalogul general al manuscriselor moldoveneşti păstrate în U.R.S.S./ Colecţia Bibliotecii Mănăstirii Noul-Neamţ (sec. XIV- XIX), Chişinău, Ed. „Ştiinţa”, 1989, с. 279-375.

[34] Pelin, V. Paisianismul în contextul cultural şi spiritual sud-est şi est european (sec. XVIII-XIX) / Valentina Pelin; ed. îngrijită de: Andrei Eşanu, Valentina Eşanu; Acad. de Ştiinţe a Moldovei, Inst. de Istorie, Univ. de Stat din Moldova [et al.]. - Chişinău: Pontos, 2014, с. 206.

[35] В наше время история издана в 4-х томах с 2016 по 2020 гг. Popovici, Andronic. Istoria Sfintelor Mănăstiri Neamţ şi Secu: [în vol.] / Andronic Popovici, arhimandrit; studiu introductiv: Pr. Dorimedont (Bădărău); ranscrierea şi prelucrarea textului: Ion Gumenâi; Institutul de Istorie, Universitatea de Stat din Moldova, Mănăstirea Secu. – Chişinău. Труд архим. Андроника переведен на русский язык и дополнен в упомянутом издании: История Ново-Нямецкого Свято-Вознесенского монастыря. Митр. Гурий (Гроссу), Кишинев, 1911.

[36] См. НАРМ 2119.2.43.

[37] Pelin, V. Paisianismul în contextul cultural şi spiritual sud-est şi est european (sec. XVIII-XIX) / Valentina Pelin; ed. îngrijită de: Andrei Eşanu, Valentina Eşanu; Acad. de Ştiinţe a Moldovei, Inst. de Istorie, Univ. de Stat din Moldova [et al.]. - Chişinău: Pontos, 2014, С. 210.

[38] Там же.

[39] См. НАРМ 2119.2.32. л. 73 об.-104.


Источник: Богослов.Ru

151